Сегодня
13:25
Константин Костин. Фото: er.ru
В большинстве постсоветских республик, за исключением Прибалтики и Украины, правовые системы выработали эффективную систему инструментов обеспечения гражданского мира, противодействия межнациональной, межрелигиозной и иной розни. Об этом говорится в докладе Фонда развития гражданского общества (ФоРГО), подготовленном вместе с экспертами Санкт‑Петербургского государственного университета.
Авторы доклада «Правовые инструменты гармонизации национальных и межнациональных отношений в постсоветском пространстве» проанализировали правовые системы десяти государств — Азербайджана, Армении, Белоруссии, Грузии, Казахстана, Киргизии, Молдавии, Таджикистана, Туркмении и Узбекистана. В результате им удалось выделить общие черты, определяющие специфику регулирования межнациональных отношений и национальной политики в регионе.
Эксперты указывают, что в большинстве стран сильную роль играет конституция, закрепляющая основы национальной и государственной идентичности, статусы языков и взаимодействия власти и регионов. При этом конституционные нормы зачастую носит программный характер, а их практическая реализация базируется на обширных законах.
Разветвленная система законодательства по вопросам межнациональных отношений, культуры и СМИ позволяет гибко реагировать на вызовы, однако существует риск фрагментации и перегруженности законов. Тем не менее, использование публичных и договорных инструментов (соглашения с народными советами, экспертные органы и консультативные советы при власти) помогает снизить конфликты и учитывать интересы всех групп.
В целом, постсоветские страны переходят от карательных мер к профилактическим и медиационным моделям — развитию программ интеграции и межкультурного диалога. Все они, несмотря на национальное многообразие, создают модели гражданской нации — за исключением Узбекистана, где в Конституции прямо говорится о многонациональности. Модели формирования идентичности различаются — от этнократической (Армения) до гражданско-патриотической (Казахстан, Белоруссия), интеграционной (Молдавия) и исторической (Грузия, Туркмения).
В отдельной части доклада рассматриваются позитивные примеры, в частности Казахстан, где сочетаются государственный казахский язык и официальный русский. Это помогает укрепить национальный язык и обеспечить межэтническое общение, снижая опасность языковых конфликтов. Образование тоже регулируется законом, который гарантирует обучение на нескольких языках, при этом казахский — основной, а русский — обязательный предмет.
В сфере безопасности действует жесткая политика против экстремизма: возраст уголовной ответственности снижен до 14 лет, сроки давности по экстремистским преступлениям отменены, что говорит о нулевой терпимости к ненависти и насилию. В информационной сфере Казахстан создает концепцию «информационного суверенитета»: платформы обязаны бороться с противоправным контентом и соблюдать языковые нормы.
Также активно развиваются механизмы предотвращения конфликтов — специальные комиссии, работа с местными сообществами и НПО.
Белоруссия делает ставку на институциональные механизмы — ключевым из них является Всебелорусское народное собрание, объединяющее власти и гражданское общество для согласования решений. В семейном праве закреплены традиции уважения к национальным обычаям, а в Интернете вводятся меры по борьбе с анонимностью и ненавистью.
В ряде стран Центральной Азии важную роль играют национальные традиции. В Киргизии, например, допускается формировать фамилии от предков, что укрепляет связь с историческими корнями. В сфере противодействия экстремизму используются стимулирующие меры: в Киргизии предусмотрено освобождение от ответственности за добровольное сообщение об экстремистских материалах.
Молдавия в области борьбы с дискриминацией предлагает концепцию «предубеждения» как более широкое понимание причин ненависти, что облегчает привлечение к ответственности.
Межнациональные отношения сейчас определяют стабильность и развитие постсоветского пространства, подчеркивается в докладе. Опыт отдельных стран показывает, что законы и институты могут сочетать сохранение культурного разнообразия и укрепление единства. Эти лучшие практики могут стать основой для межгосударственного диалога и обмена опытом.
Президент ФоРГО Константин Костин подчеркнул, что постсоветские правовые системы постепенно отходят от идеи права как инструмента контроля, превращаясь в механизмы согласования интересов и управления идентичностью. Важны не только заимствование лучших решений, но и их адаптация под конкретные условия страны, доверие к институтам и политический консенсус.