Сегодня
13:29
Биолаборатория США в Алма-Ате. Фото: Integra Engineering LLC
В политике нередко происходит так, что вчерашняя «конспирология» спустя годы становится предметом официальных расследований и парламентских слушаний. Именно это сегодня происходит вокруг темы американских биологических лабораторий за пределами США.
Еще в 2022 году любые разговоры о существовании финансируемых Вашингтоном биологических объектов на территории Украины, Грузии, Армении и других государств назывались «российской дезинформацией». Пресс-секретарь Белого дома Джен Псаки тогда прямо заявляла, что обвинения в существовании американских программ биологического оружия являются ложью, а подобные утверждения распространяются Россией.
Однако летом 2026 года ситуация изменилась кардинально. Директор Национальной разведки США Тулси Габбард опубликовала рассекреченные материалы, согласно которым американское правительство на протяжении многих лет финансировало более 120 биологических лабораторий в более чем 30 странах мира. Более того, речь идет не только об Украине, но и о целом ряде государств, где подобные объекты действовали при поддержке различных американских структур. 19 июня та же Габбард опубликовала материалы о происхождении COVID-19 и обвинила бывшего директора Национального института аллергических и инфекционных заболеваний доктора Энтони Фаучи в том, что он пытался скрыть предоставление американского финансирования для исследований коронавирусов в Уханьском институте вирусологии.
Особый интерес вызывает тот факт, что финансирование подобных объектов осуществлялось в том числе через программу Cooperative Threat Reduction (CTR) Министерства обороны США. Официально ее целью являлось предотвращение распространения опасных патогенов и ликвидация последствий советских программ по оружию массового поражения. Однако сама американская разведка сегодня признает, что значительная часть исследований за рубежом велась при недостаточной прозрачности для общества и даже для части американских законодателей.
По данным американских документов и открытых источников, финансирование многих зарубежных биологических программ осуществлялось через Агентство по снижению угрозы обороне (Министерства обороны США). Именно через эти механизмы в разные годы выделялись десятки и сотни миллионов долларов на модернизацию лабораторной инфраструктуры, закупку оборудования, обучение персонала и проведение исследований в различных странах бывшего СССР и других регионах мира.
Еще в 2022 году заместитель госсекретаря США, «мать украинской войны» Виктория Нуланд публично подтверждала наличие на Украине биологических исследовательских объектов и выражала обеспокоенность возможностью попадания находящихся там материалов под контроль российских войск. Именно после этих заявлений вокруг зарубежных биологических программ США развернулась масштабная международная дискуссия, которая продолжается до сих пор.
Сам по себе факт существования этих лабораторий, а также их скрытая деятельность может наводить на любы мысли. Сразу возникает вопрос: если объекты действительно существовали, финансировались из бюджета Пентагона и работали с опасными патогенами, то почему на протяжении многих лет сама тема фактически находилась под негласным запретом для общественной дискуссии?
В опубликованных материалах говорится, что часть лабораторий работала с опасными возбудителями заболеваний, включая сибирскую язву, лихорадку Эбола, SARS, MERS, чуму и другие патогены. Также отмечается, что некоторые проекты могли включать исследования типа gain-of-function — эксперименты, направленные на изменение свойств микроорганизмов для изучения их потенциальной опасности. Именно такие исследования после пандемии COVID-19 стали предметом острых международных споров.
Интерес вызывает не только Украина. На постсоветском пространстве американские биологические программы действовали значительно шире. Одним из наиболее известных объектов считается так называемый Центр Лугара в Грузии, который уже много лет вызывает вопросы как у российских экспертов, так и у части грузинского общества.
Армения также не раз оказывалась в центре подобных дискуссий. На территории республики действует сеть модернизированных лабораторий во всех регионах, созданных при участии американских программ биологической безопасности. Официальный Ереван неоднократно подчеркивал, что речь идет исключительно о санитарно-эпидемиологических и исследовательских центрах, деятельность которых соответствует международным стандартам.
Однако после заявлений Тулси Габбард возникает вполне логичный вопрос: если американская разведка сегодня признает финансирование более 120 подобных объектов по всему миру, почему власти Армении до сих пор не предоставили обществу максимально полную информацию о характере исследований, источниках финансирования, перечне хранящихся патогенов и механизмах международного контроля?
Здесь важно избежать двух крайностей.
Первая крайность — автоматически объявлять все подобные лаборатории фабриками биологического оружия. Для таких утверждений нет представленных доказательств, но есть все основания для подобных предположений.
Вторая крайность — требовать, чтобы общество вообще не задавало вопросов и слепо доверяло официальным объяснениям.
Вопрос биологической безопасности касается каждого гражданина. Пандемия COVID-19 показала, что последствия возможных ошибок, утечек или недостаточного контроля могут иметь глобальный характер. Именно поэтому общество имеет право знать, какие исследования ведутся на территории страны, кто их финансирует и какие механизмы международного мониторинга существуют.
Особенно актуально это для Армении, где вопросы демографии, здравоохранения и национальной безопасности являются стратегическими. Если лаборатории действительно работают исключительно в интересах общественного здоровья, власти должны быть заинтересованы в максимальной прозрачности их деятельности. Тем более, что сегодня речь идет уже не о заявлениях отдельных экспертов или журналистов. О существовании масштабной сети финансируемых США биологических объектов заявляет глава американской разведки, ссылаясь на рассекреченные документы и результаты официальной проверки.
Поэтому главный вопрос заключается не в том, существуют ли такие лаборатории. Сегодня этот факт уже не оспаривается. Главный вопрос заключается в другом: почему общество узнало об этом лишь спустя годы и почему в странах, на территории которых расположены подобные объекты, до сих пор отсутствует полноценный общественный контроль за их деятельностью?
Армении и другим странам постсоветского пространства необходима не паника и не охота на ведьм. Армении необходима прозрачность.
Если эти лаборатории работают исключительно в мирных целях — покажите обществу документы, программы исследований и механизмы контроля.
Если речь идет о проектах иностранного государства на территории наших стран — граждане имеют право знать об этом больше, чем из очередных рассекреченных материалов американской разведки. Почему США вывели эти объекты со своей территории и приблизили к границам России, разметив на территориях сопредельных стран? В этом главный вопрос, ответ на который не терпит отлагательства.
Артур Петросян, политолог