Сегодня
16:55
Дональд Трамп и Си Цзиньпин. Фото: Carlos Barria / Reuters
Китай на фоне продолжающегося конфликта на Ближнем Востоке демонстрирует большую устойчивость к последствиям роста цен на нефть, нежели США. К такому выводу пришли американцы, точнее сказать, аналитики американского инвестиционного банка Goldman Sachs, указывает обозреватель Олег Артюков.
В их оценках указывается, что негативное влияние этого кризиса на китайскую экономику окажется примерно вдвое меньше. Согласно расчётам американских банкиров, конфликт может снизить валового внутреннего продукта Китая всего на 20 базисных пунктов. А вот прогнозируемое падение ВВП США оценивается в 40 базисных пунктов. Аналитики банка объясняют эту устойчивость целенаправленной политикой Пекина по диверсификации энергетических источников.
Доля нефти и сжиженного природного газа в общем энергопотреблении Китая составила лишь 28 процентов, что является одним из самых низких мировых показателей. Причём это данные за 2024 год, сейчас может быть ещё меньше. А вот на альтернативную и возобновляемую энергетику в том же 2024 году пришлось 40 процентов производства электричества в стране.
Важной страховкой выступают и значительные нефтяные запасы Китая. В случае полного прекращения импорта сырой нефти страна сможет покрывать внутренние потребности за счёт стратегических и коммерческих резервов на протяжении 110 дней. Дополнительную стабильность обеспечивает география поставок. Китай импортирует энергоносители не только с Ближнего Востока, но и из других регионов, включая Россию, Австралию и Малайзию, что позволяет минимизировать риски, связанные с конфликтом.
Месяц военных действий уже привел к резкому скачку цен на нефть — почти на 50 процентов от уровня до нападения США и Израиля на Иран. Этот рост ухудшил макроэкономические прогнозы и усилил инфляционные опасения по всему миру, заставив некоторых экспертов говорить о рисках стагфляции. Аналитики с Уолл-стрит уже начали снижать корпоративные прогнозы по прибылям из-за текущей ситуации.
При этом для Китая повышение цен на энергоносители может иметь и положительный эффект, помогая бороться с дефляционным давлением и стимулируя экономический рост. Известный, в общем-то факт, о котором всё же имеет смысл напомнить в контексте происходящих событий. Китай является крупнейшим в мире импортёром энергоресурсов.
В 2025 году в эту страну было поставлено 578 миллионов тонн нефти (рост на 4,4 процента) и 1764,6 миллиардов кубометров природного газа. Основными поставщиками нефти являются наша страна (около 100−108 миллионов тонн, 17−20 процентов импорта), Саудовская Аравия (14 процентов), Ирак и Малайзия (по 11−12 процентов).
Но вообще нефть в Китай поставляют порядка 40 государств. Что касается распределения по регионам, то на Ближний Восток приходится чуть более 42 процентов, на Европу 18,2 процента, на Азиатско-Тихоокеанский регион 14,6 процентов, на Южную Америку — 11,4 процента. Число поставщиков газа значительно меньше. При этом на трубопроводные поставки приходится 55 процентов китайского импорта, на сжиженный природный газ — 45 процентов.
Трубопроводный газ поступает из России («Сила Сибири» — 38,8 миллиардов кубометров в 2025 году, более половины трубопроводного импорта), Туркменистана, Казахстана, Узбекистана и Мьянмы. Ключевые поставщики сжиженного природного газа Австралия, Катар и наша страна.
При этом Китай постоянно расширяет число поставщиков энергоресурсов. Например, доля Ближнего Востока в прошлом году сократилась почти на два процента. Вроде и немного, но это миллионы тонн нефти ежегодно.
И такая политика результативна, это признают и на Западе. Заметное отличие от того же Евросоюза, где сейчас ломают голову над тем, как избежать серьёзных проблем в снабжении энергоресурсами.