Сегодня
13:45
Комната для переговоров США и Ирана. Фото: tasnimnews.ir
Американские эксперты оценивают переговоры в Исламабаде как начало долгого и мучительного процесса. Несмотря на провал первого раунда, сам факт встречи считают успехом пакистанской дипломатии. Однако главный вывод таков: Иран чувствует себя в позиции силы и не готов уступать ни по ядерной программе, ни по контролю над заливом, в то время как Соединенные Штаты вынуждены вести переговоры, имея меньше козырей на руках, но под сильным давлением необходимости завершить конфликт.
Предлагаем вашему вниманию подборку экспертных мнений аналитиков США.
Майкл Кугельман, директор Южноазиатской программы Института Уилсона и старший научный сотрудник Atlantic Council❶, назвал произошедшее «паузой, а не провалом». По его мнению, высокий уровень делегации США во главе с вице-президентом Джей Ди Вэнсом и внутреннее давление на Белый дом (желание выйти из войны по внутриполитическим причинам) говорят о том, что США не откажутся от дипломатии.
«То, что такая высокопоставленная группа прилетела в Пакистан, показывает приверженность США. Несмотря на комментарии Вэнса, это, вероятно, еще не конец», — написал он в социальной сети Х.
При этом он высоко оценил роль Пакистана, отметив, что Исламабад совершил эволюцию от «посредника-курьера» до прямого медиатора и «миротворца», севшего за стол переговоров с враждующими сторонами. Он назвал это «огромной работой», учитывая, что США и Иран практически ни в чем не видят друг с другом.
Элизабет Трелкельд, старший научный сотрудник и директор Южноазиатской программы Stimson Center, бывший сотрудник Госдепа в Пакистане, считает, что сама организация переговоров — уже победа. В интервью на радио NPR (Национальное общественное радио США) она заявила, что до их начала отмечала, что это долгосрочный процесс, и сторонам необходимо сфокусироваться на создании «рабочего процесса» для дальнейших шагов, а не ждать мгновенного прорыва.
Она объяснила дипломатический успех Пакистана его уникальным положением: граничит с Ираном, дружит с Саудовской Аравией и Китаем, смог перезагрузить отношения с администрацией Трампа. По ее словам, для Пакистана американо-иранская война — это вопрос выживания экономики, так как страна крайне уязвима перед перебоями поставок энергии и закрытием пролива.
Аарон Дэвид Миллер, бывший переговорщик Госдепа по Ближнему Востоку, в интервью CNN заявил, что у Ирана на переговорах «больше козырей в рукаве», чем у США.
«Они продемонстрировали ужасающую способность подрывать безопасность и стабильность. Они превратили географию в оружие, контролируя Ормузский пролив», — сказал он.
Миллер выразил уверенность, что Иран скорее рискнет вернуться к войне, чем уйдет с переговоров ни с чем.
Бурзин Вагмар, эксперт по Ирану из Лондонского университета SOAS, в своей статье на сайте indiannews.nz назвал попытки Ирана взимать плату за проход через Ормузский пролив «вымогательством» и «блефом». По его словам, Тегеран «держит мир в заложниках», так как это единственный оставшийся у них рычаг давления после серьезных военных потерь. Он также указал на абсурдность требований платы за проход по естественному водному пути, защищенному международным правом (UNCLOS 1982).
Вагмар жестко раскритиковал ядерные амбиции Ирана. По его словам, Вашингтон требовал «полного и безоговорочного обязательства никогда не обогащать уран ни сейчас, ни в будущем», но Тегеран отказался. Эксперт задается риторическим вопросом:
«Если Иран не хочет бомбу, зачем им запасы оружейного урана (60% обогащения)?»
❶Организация, деятельность которой признана нежелательной на территории РФ