Сегодня
10:27
Военный билет Филиппа Косова. Фото: ТК «Сыны Монархии»
В 2014 году к ополчению Донбасса присоединился Филипп Косов. Коренной москвич (в 1990-х был вывезен родителями в США), до Русской весны живший в Техасе, офицер полиции штата. У Филиппа в США все было — уважаемая обществом работа, свой дом с бассейном, все, что нужно для счастья. Кроме одного — Родины.
В Америке Косов никогда не забывал, что он русский, но о российских реалиях мог судить только с того берега Берингова пролива… Еще меньше он знал о «мирной» тогда Украине и тем более о региональных перипетиях еще тогда украинского Донбасса.
Решение идти воевать за восставший Донбасс у Косова было скорее спонтанным, но к этому шагу русский техасец подготовился по- американски, продуманно и основательно. Он выправил себе просроченный паспорт России. Продал все свои ценные вещи, купил целый арсенал стрелкового оружия и амуницию на все погодные условия. Косов понимал: улетая через океан на эту войну, он сжигает в Штатах за собой все мосты. Конец обеспеченной жизни, карьере в полиции. Привычный мир исчезнет, а новый может и не наступить.
Со свежекупленного оружия Косов срезал бирки. Тем самым, пересекая границу, он выдал себя за едущего на зарубежные соревнования профессионального страйкболиста. После аэропорта Шереметьево — поезд до Ростова-на-Дону. Оттуда на попутке — в Донецк. Очень похоже на то, как в 2014 году добирался до незнакомой ему России Рассел Бентли. Впоследствии — боевой товарищ и близкий друг Филиппа Косова. В Вечность герой Русского мира Рассел Бентли ушел под своим фронтовым позывным Техас. У Косова в ополчении был позывной Орион.
— Как ты познакомился с Расселом Бентли?
— В США мы жили в одном штате Техас, и даже в одном городе, Остине. Но о существовании друг друга не знали. Я служил в полиции, у Рассела были свои приключения, которым позавидовал бы и Джек Лондон. Рассел любил свой родной Техас, но подолгу в родном штате никогда не жил. Три года он провел в Германии, где служил в контингенте американских войск. Он объездил всю Америку. Жил в индейской резервации, там вождь нарек Рассела индейским именем. Рассел был на Кубе, откуда вернулся с убеждением, что он коммунист. Сидел в тюрьме — там стал абсолютным чемпионом среди заключенных по шахматам, защитил магистерскую диссертацию по социологии. И вот он, в возрасте 54 лет, в Донецке. Зная по-русски только «кофе» и «как проехать».
Филипп Косов (Орион), слева доброволец из Колумбии Альфонсо, справа Рассел Бентли (Техас). Сейчас в живых остался только Орион. Фото из личного архива Филиппа Косова.
Наше знакомство произошло в декабре 2014 года. В военкомате, в пункте приема добровольцев. Вижу: крупный длинноволосый блондин с заметной сединой в волосах, чем- то похожий на киногероев Чака Норриса, пытается объясниться с народом, а парни английского вообще не знают. Я вызвался помочь в качестве переводчика… Познакомились, подружились, потом вместе воевали. Кроме Рассела, я помогал как переводчик другим иностранным добровольцам, которые бросили на родине все, что имели, и поехали на верную смерть ради стариков, женщин и детей русского Донбасса. До этого ребята вряд ли могли бы сходу найти Донбасс на географической карте.
Пока жив, буду помнить 8 апреля 2024 года. День гибели Рассела от рук оборотней в погонах офицеров Российской Армии из 5-й гвардейской бригады имени Александра Захарченко. Супруга Рассела Людмила много раз говорила: Техас как военный журналист расследовал в этой элитной бригаде 1-го Армейского корпуса распространение тяжелых наркотиков украинского происхождения, главными наркобаронами были бригадные офицеры. Когда ты ведешь такую справедливую охоту за предателями, то должен знать, что будут охотиться и за тобой. Рассела выследили там, где он и не ожидал, похитили, избили… В заброшенном шахтном забое запытали до смерти. Скрывая следы преступления, тело Рассела изуродовали и сожгли. Когда убийц Техаса поймали и судили, они, когда давали показания, трусливо изворачивались. Говорили, что «убили по ошибке, приняв за американского шпиона».
Кто в эти басни поверит? В Донецке с Техасом кто не был знаком лично, тот обязательно слышал о нем. Техас стоял до последнего в ходе сражения за Донецкий аэропорт, едва не погиб там. Из ДАПа раненого и тяжелобольного Техаса выносили без сознания. Ему потом пожимал руку глава ДНР Александр Захарченко, Батя. Маму Техаса Батя поблагодарил за то, что она воспитала сына-героя. Уже на «дембеле», когда Техас ушел в журналистику, он каждый Новый год ездил по детским учреждениям ДНР, был для детишек Дедом Морозом. Дети Рассела обожали, он сам очень любил детей. Легенда и ангел-хранитель Донбасса.
Нам всем, которые любили Техаса, тяжело говорить о нем в прошедшем времени. Скажу лишь, что после апреля 2024 года я несколько раз видел Техаса во сне. Он улыбался и говорил: «Не переживай за меня, у меня все хорошо». Верю и знаю, что Техас — в Царствии Небесном.
— Как тебе, тогда еще фактическому американцу, показался фронтовой Донецк?
— Дорога из Москвы до Ростова-на-Дону показалась настоящей мукой. Попутчики пьянствовали как не в себя, громко разговаривали, шумели. На попутке доехал до Донецка. Там вызвал такси, чтобы проехать до военкомата. «Бомбила», который подвозил меня, все пугал меня: «Никому не говори, что ты из США. Тебя неправильно поймут, того гляди, что и бросят на подвал, оттуда живым можешь не уйти!». Я ему в шутку говорю: «Спасибо за такие лестные рекомендации по Донецкой Народной Республике». Пока мы ехали по Донецку, вражеская артиллерия интенсивно бомбила город. В городском военкомате, куда я прибыл, от прилетов дрожали оконные стекла, мебель подпрыгивала. Если правильно помню, это улица Розы Люксембург, практически центр города.
Там был не только военкомат, но и другие учреждения. К примеру, там был штаб ныне легендарной «Спарты» Арсения Павлова, Моторолы. Еще военнопленных держали, «укропов». К этим «укропам» приезжали родственники, их пускали. На «подвале» держали иных подозрительных личностей. И тут мы — будущие ополченцы. Нас разместили в неотапливаемой комнате, отопление не работало по всему зданию. Не помыться с дороги — душевые не работают. Воды не набрать. Раз в сутки течет из крана вода тоненькой струйкой — уже счастье. В общем, условия жесткие, декабрь месяц на дворе. Но там неплохо кормили, столовая работала несмотря ни на что.
Я посмотрел по сторонам, кто с чем приехал на войну. Вижу, что у ребят негусто. Как они воевать собрались? Пошел раздавать все свои шесть баулов с оружием и амуницией. Кроме того, что привез из Штатов, еще подзакупился в Ростове, когда там застрял на несколько месяцев, зубы латал в частной стоматологии. Одну половину привезенного раздал в военкомате, другую — уже в ополчении, в батальоне «Восток».
— Почему ты попал именно в «Восток», а не в другое подразделение?
— В военкомате хотели через день-два меня и других парней отправить к Широкино и Мариуполю. На «юга», на море. В артиллерию, ломать оборону «Азова»❶. Я и другие мужики отказались. В «арте» бьешь по врагу с дальнего расстояния, настоящей войны не видишь, скучно… Наверное, мне надо было тогда идти в артиллеристы, уничтожать «азовцев». Может быть там я был бы куда более эффективен, но сегодня уже поздно локти кусать. Из будущих ополченцев мало кто захотел быть артиллеристом. Мы остались в Донецке.
Семь или десять дней провозились с военкоматом. Уже тогда жалел, что не уехал в артиллерию. Наконец нас отправили в МГБ ДНР. Там мы писали свои автобиографии, беседовали с особистами. Потом мы еще какие-то бумаги писали, потом еще… И ничего не происходило, дело на месте встало. Приехал командир из «Востока». Показывает на нас: «Забираю!». Командир поговорил насчет нас в МГБ, Он лично у меня спросил, чем я хочу заниматься в «Востоке». Ответил: «Воевать, чем же еще!». Я был готов служить снайпером, первым или вторым номером в пулеметном расчете, хоть обычным автоматчиком. Всеми видами стрелкового оружия владею, стреляю хорошо. Еще в США перед отъездом на войну усиленно тренировался в стрельбах, налегал также на физподготовку. Без нее на войне никуда.
Командир, когда понял, что мне все равно, в каком качестве буду воевать, сказал с некоторым облегчением: «Ну ладно!». Меня приняли в ряды «Востока».
— А чем ты тогда, говоря военным языком, идейно мотивировался?
— Я был твердо убежден, что народ Донбасса имеет законное право на самоопределение. Когда в городе Сан-Франциско 26 июня 1945 года принимали Устав новорожденной ООН, в данном Уставе прописали право любого народа в мире на свободный выбор своего будущего. Позже, в 1960-х и 1970-х этот фундаментальный принцип закрепился по всему корпусу международного права.
В международном праве есть важный пункт: право народов на самоопределение не должно быть направлено против территориальной целостности существующих суверенных государств — членов ООН. Зимой 2014 года, когда в Киеве был совершен преступный государственный переворот, Донбасс и не планировал выходить из состава Украины. Вообще, в течение всего периода независимости Украины, требования Донбасса не выходили дальше автономии этого региона, в рамках Украины как федеративного государства, где уважаются права всех населяющих Украину народов. Все по Уставу ООН и нормам международного права. Киев наплевал на законные требования Донбасса, Донбасс восстал.
В 2014 году я думал о том, что конечная цель восставшего Донбасса — вхождение в состав в России, как и у Крыма. Этот шахтерский край исторически всегда был Россией, его населяют русские по языку и самосознанию люди. Государство Украина — искусственное новообразование на теле Восточной Европы, созданное при самом активном участии большевиков на исходе Первой мировой войны. Кроме Донбасса, большевики прирезали к Украине Харьков, Одессу, Николаев, Екатеринослав (Днепропетровск), другие русские города и территории. Сам город Киев до распада Российской империи был по духу куда более русским, правоконсервативным, чем столица империи Петербург. Граничившие с австрийской Галицией западные губернии Малороссии до 1914 года были опорой «Союза русского народа». Украину как государство создали большевики и немцы, когда по городам и весям Малороссии бегал политический авантюрист по имени Симон Петлюра.
Я думал: «Народ Донбасса зимой 2014 года потребовал максимум автономии, а киевская хунта сразу же начала дончан бомбить авиацией и дальнобойной артиллерией». Когда думал об этом, видел уже своими глазами в Донецке, как по городу работают вражеские «арта», тяжелые минометы, ракетные системы залпового огня. Это военное преступление, под названием геноцид! Можно было бы хоть как-то понять, если бы ВСУ и нацбатам тогда в Донбассе противостояла регулярная армия другого государства. Сами же «укропы», наслушавшись громогласных заявлений из Киева, верили в 2014 году , что против них воюют элитные части Российской Армии. Но нет! «Укропы» не вели в Донбассе конвенциональную войну. Они целенаправленно уничтожали в Донбассе мирное население.
А все почему? Потому что администрация Барака Обамы санкционировала в Киеве пронацистский переворот. Транснациональные корпорации, за которыми стоял тогдашний вице-президент США Джо Байден, захотели прибрать в Донбассе земли, ресурсы, все, что плохо лежит. Вэсэушникам и нацбатовцам дали баксов — и вперед, ребята, в Донбасс! На зачистку территории от коренного населения. Как только весь Донбасс очищается от коренного населения, все богатства края переходят практически задарма в руки транснациональным корпорациям. А «укропам» остаются должности холуев-лизоблюдов.
Я тогда думал: «Нет, ребята, так не будет. Мы по вам постреляем так, что мало не покажется! Станет Донбасс частью России, будет жить как Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия, но Украиной он уже не будет никогда».
— Как ты запомнил свой первый бой?
— Вошедший в историю Донецкий аэропорт, ДАП. Первая декада января 2015 года. 7—8 января, православное Рождество. На рассвете была атака «Правого сектора»❶❷. Человек сорок. Зимой рассвет поздний. В темноте и тумане правосеки хотели на нас напрыгнуть всей толпой, перебить нас, и захватить нашу позицию. У них ничего не вышло. Мы их высмотрели в тепловизоры, открыли огонь. Тогда я понял, какая нужная и полезная вещь на войне тепловизор.
Филипп Косов (Орион) на позиции близ ДАПа, 2015 год. Фото из личного архива
Через два дня после этого стоял на ночном дежурстве. До этого первые два дня были тихими, а на третий день на рассвете «укропы» полезли. Они на этот раз не бежали, а тихо подползали по-пластунски. Я их высмотрел в тепловизор как непонятные тепловые точки. Враг подполз на метров тридцать- сорок к нам. Считаю их: раз-два-три, со счету в итоге сбился, их очень много. Давай стрелять по ним, кричу еще двоим на нашей позиции, чтобы открывали огонь туда-то туда-то. Прибегает командир: «Чего шумишь?» В этот момент «укропы»… как давай по нам со всех стволов! В итоге отогнали мы их и в тот раз.
У «укропа» как кость в горле торчала наша позиция «Монастырь», она же «Трешка». На пустыре напротив ДАПа в далеком мирном 1997 году был открыт Иверский женский монастырь. В 2014 году, как только начались боевые действия, монахини покинули обитель вместе с главной святыней — чудотворной Иверской иконой Богоматери. Исчезло чудесное пение сестер, напоминавшее пение ангелов. Заговорило оружие. «Укроп» пытался всеми возможными способами уничтожить святую обитель. Если смотреть с правой стороны обители, прекрасно видны башня управления, терминалы аэропорта. Занятая врагом взлетно-посадочная полоса (ВПП) у нас была как на ладони. Мы по этой ВПП работали из тяжелого снайперского пулемета «Утес», калибр 12,7. Вражеские БМП, которые ехали по снабжению, по пополнению свежими силами, по эвакуации и так далее, все попадали под нашу стрельбу. Мы эти БМП постоянно жгли. Не скажу, что мы их все уничтожали сразу же. После прилета от нас эти дымящиеся простреленные насквозь «бэшки» прорывались, то в одну сторону, то в другую.
У нас было два «Утеса». Пулемет хороший, прошивает насквозь легкую бронетехнику. При этом «Утес» очень капризный в обращении. Какая-то соринка попадет в боевую часть — все, работать пулемет не будет. Тот «Утес», что был на моей конкретно позиции, вообще оказался какой -то дефективный. Может, его сдали с конвейера уже с браком,не знаю. У него постоянно что-то ломалось. То патрон застрянет в канале, то гильза раздуется и застрянет. Приходилось нам разбирать пулемет и вышибать гильзу из патронника кувалдой. Сам пулемет был практически новый. Когда работаешь из него, все хорошо, но потом чинить его надо было постоянно. Не скажу, что и раньше я был большим поклонником «Утеса». Мне куда больше нравился «Покемон» — ПКМ с калибром 7,62, образца 1969 года. Очень хороший пулемет, даже в современных военных реалиях он шикарен. «Покемон» по точности работает как снайперская винтовка Драгунова, СВД.
Про СВД отдельно. Изначально, в 1963 году, она разрабатывалась исключительно как снайперское оружие. Но сейчас это больше очень меткая винтовка для мотострелка. Снайперские калибры, дальности уже не те, что у СВД. Снайперские дальности сегодня — с расстояния в километр и больше, а у СВД максимальная рабочая дистанция только 600 метров. Попасть из СВД в цель на расстоянии километра и больше — редкая удача.
— Как ты оцениваешь вооружение и боевую выучку ВСУ на момент зимы 2014 — 2015 годов?
— Все по-разному было. Когда им было надо, они открывали по нам огонь из всех стволов. Скажу так. В январе 2015 года «укропы» были, как говорится, еще кривые-косые. Иногда по нам приезжал пострелять «укропский» БТР. Я видел, что у него при стрельбе болтался пулемет. Словно он стрелял веером куда-то в пустоту. Артиллерия у них работала по нам так себе, снаряды летели кучно, но вечно не туда куда надо.
Летом 2015 года «укропы» гораздо лучше стали воевать, били по нам куда более точно. Их снайперские дальнобойные винтовки и пулеметы работали так, что пули летали прямо рядом с нами. Мы понимали, что «укроп» натренировался за зиму, и эти тренировки не зря прошли.
Даже зимой враг делал успехи. Идешь куда-то по позиции, выходишь на перекресток — и по тебе бьют сразу же с трех сторон. Только вокруг головы свистят десятки пуль, ты уже не знаешь, куда увернуться. И при этом хрен куда увернешься. Несмотря на свое зимнее раздолбайство, «укропы» хорошо смогли пристреляться. Прекрасно знали тропочку, по которой мы обычно ходим, все пути нашего следования, изучили и обработали каждый «квадрат» нашей позиции. И по нам постоянно били из минометов, то «восьмидесятками», то «стодвадцатками». Идешь — и глохнешь от свиста ложащихся вокруг тебя мин. Уже по траектории понимаешь, что в 15−20 метрах от тебя сейчас будет разрыв. «Укропы» изучили и время, когда мы обычно ходим, все места, где мы обычно укрывались от обстрелов. На этих запасных позициях мы вообще не выдавали своего местонахождения! Огонь не разжигали, громко не переговаривались, оттуда не стреляли, все движения предельно минимальны. День два пройдет — на третий уже прилетает. Как бы мы ни скрывались, нас все равно засекли.
«Укропы» показали себя серьезными противниками во всех отношениях. Они ни разу не слабели. Той же «артой» нас постоянно крыли, в день выпускали до тысячи снарядов, из разных калибров. Практически попасть в нас не могли лишь потому, что нас было очень мало. Предельно малая концентрация ополченцев на один квадратный километр. Поэтому «укроп» старался сносить «артой» все наши основные и запасные позиции, места вблизи линии боевого соприкосновения, которые могли бы послужить нам позициями.
Какие слабые стороны были у врага? Дали приказ — они выполняют. Пока все гладко идет. Если что-то у них в процессе нарушилось или сбилось, то начинается чехарда. И этим надо пользоваться.
18 января 2015 года на нас двигалась вражеская техника. Нашу «Трешку» пытались снести бронетанковой техникой и артиллерией, при поддержке пехоты. На нас шла целая лавина. Выскакиваем из укрытия с нашим командиром Пятницей. Пятница с одноразовым гранатометом «Нетто», я с автоматом. Пятница дал единственный выстрел из гранатомета. «Укроп» сразу встал, потом пошел в обход, чтобы работать по нам не напрямую, а из складок местности. «Укроп» счел, что у нас есть противотанковое оружие, и мы их сейчас всех сожжем.
«Нетто» — это вообще противопехотный гранатомет, для противотанковой борьбы он не годится! На нашей с Пятницей позиции не было СПГ «Копье», РПГ-7, ПТУРов, и другого противотанкового оружия. Идет на нас танк или БМП прямой наводкой — нам нечем отвечать. Мы ранее сочли, что они пойдут по дороге, и все имеющееся у нас противотанковое оружие переместили к дороге. А они пошли прямо на нас!
Пятница, Царство ему Небесное, потом погиб. Совсем молодой доброволец из Питера, 24 или 25 лет было, очень хороший парень.
— Велась против вас информационно-психологическая война? К зиме 2015 года по этому направлению успешно работал в Краматорске специальный центр СБУ по психологическому террору. Его главной целью были как раз ополченцы. Свои операции сотрудники центра апробировали на узниках находившегося при этом центре концлагеря. Начальницей центра была Юлия Лапутина, ученый-психолог с погонами полковника СБУ, потом она стала генералом.
— Про этот центр и его начальницу я в 2015 году ничего не знал. Если это так, то они натуральные гестаповцы, а их начальница — достойная наследница Йозефа Менгеле. Что видели и испытали лично мы? Одни части ВСУ другим частям ВСУ немного рознь. Один раз сдуру я стал насыпать по ним, когда они вздумали грызться между собой. «Правый сектор»❶❷ ненавидел вэсэушников, вэсэушники ненавидели «Правый сектор»❶❷. У них на этой почве могли возникнуть перестрелки, продолжавшиеся по несколько часов. Они друг друга могли разбирать «артой». Еще летом 2014 года многие вэсэушники приходили в зону «АТО», чтобы там ничего с нами не делать. Это призывники, мальчишки. Местные бабушки их подкармливали. Но их рано или поздно отправляли в бой. Большинство пацанов идти в бой отказывались категорически. Этих мальчишек призвали еще при Януковиче. Они ушли в армию, чтобы тупо ее отбыть. Как и их российские сверстники . А тут переворот в Киеве, и этих пацанят отправляют на войну против своих же, в Донбасс. Понятно, что пацанята филонили, как могли. Тысячи таких призывников, 18−19 лет, категорически отказывались воевать. Предполагаю, что среди них много кто был из местных, донбасских.
«Правый сектор»❶❷ этих мальчишек клал. Тела призывников ВСУ находили по всем лесопосадкам и оврагам. Правосеки им стреляли в спину.
У «укропа» была торговля чем попало. Включая человеческие органы. Пускали на трансплантацию органов прежде всего военнопленных из ополченцев и гражданского населения Донбасса. Над ними перед смертью издевались. Могли загнать в глотку монтажную пену, засунуть в рот гранату на леске и приказать: «Беги!». Делали и другие зверства — настоящие сатанинские ритуалы, о которых я рассказывать, тем более в подробностях, не буду.
Кроме наших пленных, «укропы» еще разбирали на органы тяжелораненных вэсэушников. Летом 2014 года, потом в 2015 году, когда «укроп» откатывался на запад, ополченцы, заходя в посадки, находили там выпотрошенные тела вэсэушников. Точно такую же кухню дьявола «укропы» устроили бы и с мирным населением всего Донбасса, будь у них такая возможность. Приграничные территории России «укропы» бы точно в покое не оставили.
«Укроп» имел все необходимое, чтобы в полевых условиях производить трансплантацию и перевозку органов. У нас по медицине не было ничего. Наш санинструктор имел сумку с бинтами и аптечку с самыми доступными лекарствами, которые можно купить за копейки в любой аптеке. В качестве санитарной машины — даст Бог, если убитая старая «буханка».
Мы все увидели тогда, что Украина в версии 2014 года — абсолютно нацистское, враждебное России государство-монстр, вести с которым любые переговоры просто невозможно. На опыте обоих Минских договоров мы убедились: «укропы» отойдут от линии соприкосновения, немного посидят тихо — и потом снова действуют против нас, но уже куда более окрепшие, еще лучше подготовленные своими западными патронами. Ни первый «Минск», ни второй Киевом никогда не соблюдался. И кто бы сомневался! Договориться с нацистами и террористами невозможно — да и незачем. Их надо только уничтожать.
— Рассел Бентли однажды мне сказал, что его родной Техас это американский Донбасс. Согласишься с Расселом насчет этого сравнения?
— Донбасс отличается от Техаса прилично. Во-первых, природный ландшафт, во-вторых, климат. В Техасе никогда не бывает такой снежной сырой зимы, как в Донбассе, там вообще зимы в привычном русском смысле не бывает. То, что для Донбасса это жара, для Техаса прохладная погода. Рассел Бентли в первый раз испытал настоящую русскую зиму только в Донбассе, его это шокировало. При этом Донбасс по сравнению с тем же Подмосковьем — это «юга», курорт. Вблизи Донецка можно выращивать абрикосы и сладкий виноград, про побережье Азовского моря и говорить нечего.
По менталитету жителей. В Донбассе люди куда более душевные, простые, чем в Техасе и вообще в США. Донбасские люди даже более жизнерадостные, чем техасцы. Лично я, когда приезжал потом в Донецк после своей демобилизации из ополчения, приезжал, как к себе домой. Другое дело, что я, когда жил в Штатах, никогда не считал Техас своей родиной. Так и в 2014—2015 годах я чувствовал, что Донбасс в моем сердце, но мой настоящий дом — это Большая Россия. Я всегда любил типичную русскую природу средней полосы. Любил и Черное море: там я в детстве проводил каждое лето, начиная с шестилетнего возраста. Для меня, подростка в 1991 году, было дико, что распался Советский Союз. Крым я всегда считал российским, русским, даже когда Крым был формально частью независимой Украины. Я оказался прав: Крым вернулся в российскую гавань еще ранней весной 2014 года.
Считаю самой главной ошибкой российских властей в 2014 году, что Москва летом того года дала «укропам» фору.
В августе-сентябре 2014 года ВСУ были деморализованы своим разгромом в Иловайском котле. Украинская армия тогда представляла собой сброд из хронических алкоголиков и наркоманов, украинские офицеры и генералы думали только о том, где бы и чего украсть. Пока погода позволяла в августе-сентябре, надо было не садиться с киевской хунтой за стол переговоров в Минске, а наоборот — добивать ВСУ. Тогда не стоило бы особого труда ввести в Донбасс регулярную Российскую Армию, и на плечах бегущих из Донбасса ВСУ пойти с одной стороны на Киев, с другой — на Одессу, отсекать киевский режим от Черного моря. В итоге укронацистский режим оказался бы в клещах и капитулировал. Не только Донбасс уже в 2014 году стал бы Россией, но и, скорее всего, вся уже бывшая Украина.
Особо отмечу: летом и в начале осени 2014 года на Украине было гораздо больше пророссийского населения, чем потом. Люди, которые потом погибли в «АТО», тогда могли нам помочь — и выжить. Так ведь было в феврале-марте 2014 года и в Крыму, когда на нашу сторону добровольно переходили целые подразделения украинской армии. В Крыму тогда не было никаких боевых действий.
В конце лета 2014 года общая численность ВСУ вместе с нацбатами была от силы 100 тысяч человек. Из них больше половины — ничего не понимающие простые пацаны и мужики, вообще не желавшие воевать. Но в Москве тогда пошли на Минские соглашения. В итоге проблему отсрочили, дали ей назреть — и в итоге были вынуждены начинать Специальную военную операцию. С 2014 по 2022 годы, за восемь лет, ВСУ из сборища социальных маргиналов превратились в мощную прокси-армию НАТО, а киевский режим приобрел и отточил мощные инструменты по ведению гибридной войны уже против России.
— У многих фронтовиков еще в 2014 году сложилось мнение, что даже самые отмороженные украинские нацисты — это те же русские, только с другой прошивкой. Ты согласен с этим?
— На соседним участке с нами участке долгое время было полное затишье. Узнаем у смежников, что за дела, что за перемирие такое. Слышим: «На той стороне стоят пацаны из Одессы, они отказываются стрелять по нам, вот и мы не стреляем по ним. Вы тоже их не провоцируйте».
Обычно было такое. С утра, метров со ста пятидесяти, ополченцы кричат вэсэушникам: «Доброе утро!» В ответ: «Доброго ранку!», и даже руками махали в знак приветствия. Братания не происходило, но чувствовалось, что на той стороне стоят такие же русские люди, как и мы. В самом деле было перемирие — только негласное. Нас это вполне устраивало. Для ополчения потеря в бою даже одного человека это обвал целой позиции. У нас тогда было очень мало людей. Нас на нашей позиции близ ДАПа было десять, а нам противостояли сотни «укропов». Гвардейцев Панфилова под Москвой было двадцать восемь человек.
Через месяц-два одесситов сменили на польских наемников, усиленных спецназом, кажется, из Кривого Рога. Сразу же пошли «двухсотые». Противник вел против нас ожесточенные бои, стремясь забрать любой ценой наши позиции. Рамону прилетело в грудь из «Магнума», калибр 10 мм, считай, что это крупнокалиберная винтовка. Рамон летел метра четыре с диким криком. Бронежилет — в труху. У Рамона переломы ребер, повреждены легкие. Что спасло Рамона, так это то, что у него в бронежилете стояла плита 6-го класса, она и затормозила дальнейший ход пули к жизненно важным органам. Рамон еще и мениск порвал себе в колене.
Эти криворожские спецназовцы показали, что они реально уже не русские, они нам самые настоящие враги. Я с тех пор решил, что русские остались в Одессе, Николаеве, в общем, в исторической Новороссии. Может быть, еще в Киеве остались те, кто за нас. А за выходцев из других регионов, особенно тех, что западнее Киева, я вообще не ручаюсь. Когда-то там были русские. Но их долгие годы обрабатывали русофобией через всякие неправительственные фонды, а потом натравили на нас. С той же Галицией мы не были в братских отношениях и в советские годы.
Особо подчеркну, что и в традиционно пророссийской Одессе 2 мая 2014 года одни одесситы убивали других, пророссийских одесситов. Харьков тоже считается пророссийским, там все говорят только на русском. Тяжелее всего нам возле аэропорта было как раз от харьковчан из 93-й механизированной бригады «Холодный Яр». Бои с ними были обычно по пять- восемь часов. 80 процентов «Холодного Яра» погибло только потому, что они находились на открытой для нашего огня местности. Но то, с каким остервенением, ошалелостью эти харьковчане на нас накатывали раз за разом, нам мало не показалось.
Не столько все харьковчане из «Холодного Яра» такие плохие. Ядром «Холодного Яра» были харьковские нацисты из околофутбольных ультрас, которые крутились еще до Евромайдана вокруг харьковского футбольного клуба «Металлист». Русское движение в Харькове было дезориентировано и раздавлено. Укронацистское движение нашло в русском исторически Харькове себе плодородную почву как раз в фанатском сообществе «Металлиста». Околофутбольное движение Украины еще в мирное время было в большинстве своем ультраправым, нацистам там было, где разгуляться. По харьковскому околофутболу хорошо поработала СБУ, весь этот «движ» профинансировали. К лету 2014 года русский Харьков стал передовым «укропским» укрепленным районом. Он таковым остается по сей день. Слышал, что мало где так зверствует СБУ, как в Харькове. Все почему? Потому что Харьков — в предельной близости к российской границе. В 2014 году запланировали, что, в случае чего, именно из Харькова начнется ползучая террористическая война против России.
Нет ума — считай, калека. Если жители пророссийских изначально регионов Украины подписались на это дело, то они — все, враги нам. Враг или сдается, или уничтожается, других вариантов у нас нет.
— На каких территориях должна закончиться СВО?
— На западных и юго-западных границах бывшей Украинской ССР. Там, где граница со Словакией и Чехией, Польшей, Венгрией, Румынией. Денацифированная и демилитаризованная Украина должна стать нашим барьером от постоянно угрожающего России блока НАТО. Только полностью денацифицированная Украина — не меньше, и не больше. Если оставить, как предлагают многие, «на вольных хлебах» Галицию, то этот огрызок будет гибридом ИГИЛ❶ с террористической «Республикой Косово». Поляки заниматься пацификацией Галиции, как делали при Пилсудском, не станут. Они скорее натравят галичан на Россию.
Украина — главная экзистенциальная угроза для России на западных рубежах нашей Родины, начиная с 2014 года. И даже раньше. Другое дело, что режим Ющенко в 2008 году отважился разве что на отправку Михаилу Саакашвили украинских военных специалистов, когда была агрессия Грузии против Южной Осетии. Потом в Киеве долго и горько каялись за это. Сначала перепуганный Саакашвили жевал галстук, а в 2012 году Вашингтон окончательно «слил» Мишико. Нынешняя грузинская администрация хоть и настроена на евроинтеграцию, нисколько не пророссийская, но от поддержки киевского режима против России категорически отказывается. Урок августа 2008 года для Тбилиси даром не прошел.
Много кто в Грузии захотел реванша за 2008 год. Эти грузины приперлись к нам под «Монастырь», мы их там положили. Они легли метрах в тридцати от меня. Но сейчас, в нынешний период СВО, куда больше будет вопросов к Молдавии, чем к Грузии. Если перед нами стоит задача освободить Одессу, то в Молдавии надо, как минимум, поменять силовым путем руководство. Как только полоумную лесбиянку Майю Санду сменит куда более адекватный президент Молдавии, нашей Армии придется еще побыть в Молдавии год-другой.
В США, в блоке НАТО, во всем «глубинном государстве» должны увидеть: их военные авантюры против нас России посредством Украины закончатся так же плачевно, как гитлеровский план «Барбаросса». Украина станет для них могилой.
При этом мы видим, что враг не терял зря время с 2014 года, когда поставил на в гибридной войне на такое неконвенциональное оружие как беспилотники. Помимо воздушных дронов — как малых FPV, так и больших самолетного типа — враг располагает сегодня безэкипажными катерами, то есть морскими дронами. У Киева также далеко идущие планы по приобретению у Турции дальнобойных БПЛА Bayraktar TB3, которые могут быть как наземного, так и морского базирования, успешно опробованы турками по учебным целям с боевых кораблей. Bayraktar TB3, если попадут в руки к «укропам», смогут успешно применяться на море с имеющихся у врага «москитных» малых кораблей. Когда большие «самолетные» дроны пойдут в комбинации с малыми более маневренными БПЛА, то есть большой риск, что Черноморский флот окажется заперт в своих портах. Тогда морская оборона России окажется под ударом, а сам Черноморский флот, лишенный возможности маневра, станет уязвимой легко поражаемой целью. Тогда под ударом окажутся Южный и Северо-Кавказский федеральный округа.
Надо успешно разгадывать планы врага, как в шахматах. Надо быть умнее, хитрее и дальновиднее нашего противника, во всех аспектах. Наш противник к тому же и подлый. Не надо перед ним изображать рыцаря времен Столетней войны.
Что касается возможности повторной частичной, а может, и тотальной мобилизации, то эта мера, на мой взгляд, будет избыточной. Добровольцев на фронте хватает. А чтобы осуществить ротацию тех, кто воюет безвылазно с 2022 года, думаю, хватит добровольцев с одной только Москвы и Московской области.
Самое главное — синергия воли народа и власти к Победе, общие совместные усилия в этом направлении, со взаимным уважением сторон к потребностям друг друга. Вся страна — от федерального министра до простого бюджетника и даже школьника — должна понять, что СВО касается всех и каждого. Отсидеться в глубоком тылу не получится, так как в этой войне нет четких границ между фронтом и тылом.
Твердо убежден. Если бы мы в 2014—2015 годах не стали громить «укропов» в ДНР, киевская хунта уже тогда могла дойти до Курска и Белгорода, с перспективами устроить свой нацистский победный марш в Москве. Донецкая Народная Республика заслонила собой Большую Россию, которую все дончане считали Матерью.
P. S. Филипп Михайлович Косов, 1979 года рождения, был списан из Народной милиции ДНР по состоянию здоровья. В боях за Новороссию Косов получил ранения, приведшие к инвалидности. Награжден медалями ДНР. Проживает в подмосковном Красногорске вместе с супругой — почетным донором Российской Федерации, и маленькими четырьмя детьми. В праве на собственное жилье в рамках обычной ипотеки ветерану Русской весны, народному герою ДНР — отказано. Филипп Косов — официально безработный частный репетитор по английскому языку без твердого ежемесячного дохода, к тому же инвалид. Но о своем выборе, сделанном в 2014 году в пользу исторической Родины — России, уже бывший американец нисколько не жалеет.
❶Террористическая организация, запрещена на территории РФ
❷Экстремистская организация, запрещена на территории РФ