28 февраля 2026
22:15
Ормузский пролив, спутниковый снимок. Иллюстрация: Fars
Перекрытие Ираном Ормузского пролива — задача довольно сложная не только в военном, но и в политическом измерении, заявил политолог Максим Жаров.
Мало просто перекрыть пролив, надо это перекрытие ещё и достаточно продолжительное время удерживать, «приоткрывая» пролив для управления мировым нефтяным рынком, пишет эксперт в телеграм-канале.
«А чтобы управлять нефтяными ценами на мировом рынке и внутри США, во время перекрытия Ормузского пролива Иран должен делать какие-то словесные интервенции, „качать“ свои условия прекращения войны», — отметил эксперт.
На данный момент таких словесных интервенций мы от Ирана не видим, констатировал Жаров. Главным иранским спикером для мировых СМИ на данный момент является глава МИД Ирана Арагчи, месседжи которого, по словам Жарова, «пока что носят исключительно оборонительный характер».
«Посмотрим, понимает ли Иран, что перекрытие Ормузского пролива как политический инструмент имеет свои ограничения как по применению этого инструмента, так и по времени его использования», — добавил политолог.
Иранское агентство Tasnim сообщает, что Корпус стражей исламской революции предупредил различные суда о небезопасной обстановке в районе пролива, поэтому проход в настоящее время небезопасен.
Минтранс США также призвал гражданские суда до 7 марта избегать Ормузского пролива, Оманского и Персидского заливов и Аравийского моря поскольку районах развернулась значительная военная активность.
Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи ранее заявил, что Тегеран готов к переговорам США и деэскалации, но сперва должна прекратиться агрессия.
«Сейчас никаких контактов нет. Но если американцы хотят поговорить с нами, они знают, как со мной связаться. Мы, безусловно, заинтересованы в деэскалации. Это не наша война. Это навязанная нам война. Это война, выбранная Соединенными Штатами, и они должны за это заплатить. Но что касается нас, мы не хотим войны, мы не хотим эскалации в нашем регионе. Мы готовы к деэскалации, но сначала должна быть прекращена агрессия. Сначала должны быть прекращены атаки, и тогда появится возможность для разговора. Я ничего не обещаю, потому что наш народ сейчас очень разгневан. Так что если война прекратится, если агрессия прекратится, тогда мы посмотрим, как мы сможем работать над деэскалацией», — заявил министр.