Сегодня
10:04
Российские паралимпийцы в Кортина д’Ампеццо. Фото: Юрий Кочетков / РИА Новости
На прошедшей неделе произошли два события, которые вроде бы не связаны друг с другом. Но, на мой взгляд, это все звенья одной цепи.
Первое — российские параспортсмены впервые с 2014 года выступили на Паралимпиаде с российскими флагом и гимном. И что особенно прекрасно — гимн прозвучал в Кортина Д’Ампеццо 4 раза и флаг России поднялся выше других флагов 4 раза. Второе — решение руководства Венецианского биеннале об участии в его проведении представителей России.
Почему я связал эти два события? Потому что они, так или иначе, связаны с нарушением международных прав России. И если в первом случае, несмотря на вопли Украины и поддерживающих её таких же фашистских режимов, МОК все-таки прислушался к голосу здравого смысла, то с биеннале все не так просто. Кроме, естественно, Украины, в дело вмешалась Европейская комиссия, которая пригрозила лишить биеннале своего взноса, если будет допущено участие в нем России.
Мы с вами прекрасно знаем, что это не первые и, к сожалению, не последние случаи дискриминации российских деятелей искусств и спортсменов, после того, как началась СВО по освобождению ЛНР и ДНР от украинских нацистов.
Но давайте обратимся к документам: существует Женевская конвенция о защите гражданского населения во время войны, также известная как Четвёртая женевская конвенция — она принята 12 августа 1949 года. В 1993 году Совет Безопасности ООН включил конвенцию в состав норм обычного международного права, что сделало её обязательной для исполнения не только для стран-подписантов, но всех других стран, вовлечённых в военные конфликты. В ней есть, например, Статья 33.
«Ни одно покровительствуемое лицо не может быть наказано за правонарушение, совершенное не им лично. Коллективные наказания, так же как и всякие меры запугивания или террора, запрещены. Ограбление воспрещается».
Проще говоря, международное право гласит, что ни одно защищаемое лицо не может быть наказано за действия, которых оно не совершало. Оно гарантирует, что коллективное наказание группы лиц за преступление, совершенное отдельным лицом, запрещено… Это одна из основополагающих гарантий, установленных Женевскими конвенциями и протоколами к ним. Эта гарантия применима не только к защищаемым лицам, но и ко всем лицам, независимо от их статуса или категории, к которой они принадлежат.
Итак, что у нас налицо — коллективное наказание. Но, если есть коллективное наказание, то должно быть и чувство коллективной вины. Что это такое? Коллективная вина (нем. Kollektivschuld) — это концепция, приписывающая ответственность за преступления, совершенные частью группы (государства, народа), всем её членам. При чем тут немецкий язык? Просто основным примером, о котором все упоминают — вопрос о коллективной вине всех жителей Третьего рейха. Но все враги России, от европейских государств до российских оппозиционеров-отщепенцев любят порассуждать о коллективной вине России. Но когда речь идет вообще о понятии коллективной вины, то весь «демократический» мир считает, что коллективная вина — это плохо, это недемократично, это неприемлемо в цивилизованном обществе.
Главная неувязка тут в том, что вся эта «культура недопуска» граждан России и есть коллективное наказание. Соответственно, за коллективную вину. Но ведь в международном праве четко и ясно сказано: «Ни одно покровительствуемое лицо не может быть наказано за правонарушение, совершенное не им лично». На основании чего тогда нарушаются права спортсменов и деятелей культуры? На основании чего их не допускают на соревнования, конкурсы, выставки? Они же лично никакого правонарушения не совершали?
Дебильная формулировка о недопущении за то, что своим присутствием на международных форумах они прославляют агрессию — это сказочка для идиотов. Коими является все западное общество. «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать», — так писал еще дедушка Крылов в 19 веке. Тактика террора и запугивания (кстати, запрещенная той же статьей 33 Женевской конвенции) вовсю используется Европейским сообществом. И они еще что-то лепечут о демократии. Это где демократия? На Украине? Или в ЕС? Не делайте мне весело — как сказали бы в Одессе. Не в нынешней, а в той настоящей, которой она была до заселения ее рагулями с Западной Украины.
Меня очень удивляет бездействие (или все же действие, но никому не известное) российских адвокатов. Когда нарушаются законы, надо заниматься не проблемами совести, а законы применять. И требовать от противной стороны их применения. Там мне кажется…